Темники, стоп-листы и кремлевские задания для журналистов «Первого»

Как снимаются пропагандистские фильмы на российских федеральных телеканалах

Почему несанкционированный митинг с разгоном и арестами на Тверской 12 июня не только не транслировался, но и почти не упоминался на федеральных каналах? Показывали в основном пустую площадь Сахарова, о задержании школьников вообще ни слова. Есть слово — темники, то есть набор тем, которые, по мнению администрации президента, должны взволновать народ. О людях, которые их составляют, исполняют и которым они смертельно надоели — в репортаже корреспондента Дождя Лилии Яппаровой.

Пропагандисты на грани нервного срыва: обычно охотятся они — на этот раз поймали их. Под окнами «Открытой России» разыгрывается вестерн. «Вы подошли по вопросу несменяемости власти, а в итоге снимаете мои сиськи!» —говорит Мария Баронова корреспондентам Рен ТВ, которые пришли брать у нее комментарий. В последний раз Рен ТВ и Баронова встречались в апреле — через неделю телеканал выпустил фильм «Либералам — черным налом».

Корреспондент Рен ТВ Сергей Ломако одет как лондонский клерк — с микрофоном в петличке, чтобы у Бароновой лучше записался звук. После этой встречи все пойдут курить и успокаиваться. Каждый будет думать о своем.

12 июня бывший оператор Первого канала Иван Романов был на Тверской и снимал, но только для себя, – на работе такое никогда не покажут. Он точно помнит момент, когда ему пришлось соврать. Донбасс, 29 апреля 2014 года — донецкие националисты выходят на митинг протеста. Московский продюсер Первого объяснил, что они пропустили: сторонники единой Украины двинулись на здание администрации — и просто спровоцировали ополченцев. Тогда они уже начали писать текст сюжета — но тут Романов заметил, что высотки за спиной у толпы стоят не там, где надо. Если посмотреть по гугл-картам, видно: митингующие не шли захватывать здание администрации — ополченцы напали первыми.

Иван Романов, бывший оператор «Первого канала»: То место старта этих националистов до того места, где произошло столкновение, находится в противоположной стороне от Донецкой обладминистрации. Вы можете сопоставить здания, дома, улицу, место старта, место боестолкновения — и вы придете к выводу, что ни на какую горадминистрацию эта компания людей в этот день не идет.

Москва тогда ответила, что знает лучше.

Иван Романов, бывший оператор «Первого канала»: Позвонили и сказали, что именно вот этот текст нужно именно так зачитать.

Еще один бывший сотрудник «Первого канала» вспоминает, как приходилось врать про отвод вооружений. Утром вам показывают, как установки «Град» загнали в ангар и накрыли брезентом — но только ты садишься писать сюжет, как слышишь залпы.

На съемках в Прибалтике приходилось охотиться на оппозиционеров — Романову показалось, что им даже нравится играть в прятки с российским ТВ.

Иван Романов, бывший оператор «Первого канала»: Наша задача — найти их на территории Литвы. И нам это удалось! Мы сидели… Вот просто сидели и думали: боже мой, боже мой, что же мы делаем! Не знаю, как корреспондент, но я-то уж точно на Болотную хотел.

Романов тогда не хотел давать в эфир лица — и выкрутился. Снял в таком пересвете, из которого ничего не достать — ни лиц, ни даже очертаний.

Фишка у каждого своя: ВГТРК канал государственный, он хвалит президента и правительство, НТВ и Рен никого не хвалят, придворные разоблачители оттеняют пороки врагов власти, у журналистов Первого, оказывается, есть уникальная задача — их обязали отслеживать ситуацию в регионах для Кремля. Эти отчеты попадают в администрацию президента. «Это не то, что мы в сюжетах показываем, а то, что на самом деле происходит», — рассказывает источник Дождя.

В этой параллельной реальности Дмитрий Скоробутов проработал 15 лет — шеф-редактором программы «Вести». Все закончилось ночью 17 августа 2016 года: в эфире ликует бразильская Олимпиада; в аппаратную врывается пьяный режиссер монтажа. Сотрясение мозга, ушиб головы, черепно-мозговая травма. Куратор утренних новостей Александра Воронченко — штатный цензор канала — посоветовала в полицию не ходить.

Александр Ефремов и шеф-редактор Дмитрий Скоробутов

Утренний эфир «Вестей» как блокпост на границе — именно они первыми называют вещи разрешенными именами. Каждый день они получали лист планирования, где было сказано, что «нельзя давать» — по сути это копии копий — переработанные в рабочий документ темники и стоп-листы. Вопросов Скоробутов не задавал.

Семь лет стоп-листов. Скоробутов листает их как древние архивы. Все запреты с 2010 года. Целый месяц нельзя было говорить про Киркорова — теперь все это кажется бессмысленным.

Дмитрий Скоробутов, бывший шеф-редактор ВГТРК: «Не даем юбилей английской королевы» — вот это мы смеялись. Мы понять не могли — думали, что кто-то пошутил. Чем эта милая бабушка, чем Елизавета II, чем баба Лиза провинилась? Ну лялечка ведь: спиночка ровная, ручка прямая, перчаточки, туфельки — любуйся! Целуй телевизор!

К митингам 26 марта каналы оказались вообще неподготовленными.

Дмитрий Скоробутов: Когда происходили эти митинги, организованные Навальным, была паника на каналах, в редакциях информационных программ. Как давать, что давать, что делать? 

Несмотря на жесткое расставание, Скоробутов все еще любит свою работу. Только представьте: мелкая сошка должна выдать в эфир консолидированную позицию государства!

Дмитрий Скоробутов, бывший шеф-редактор ВГТРК: Я сотрудник госканала — был им. У меня не возникало никаких вопросов.

Когда Дмитрий Киселев писал слишком агрессивные подводки, Скоробутов звонил коллегам и просил поправить, чтобы фраза звучала мягче. Фашисты, неонацисты, боевики, каратели — это был язык, который объединил всех на телевидении. Но иногда случалась тихая контра.

Дмитрий Киселев

В разгар санкций с экрана российского телеканала звучит слово «сепаратисты»! Партизанская вылазка занимает всего семь секунд — тогда в своем включении Константин Гольденцвайг говорил так быстро, что даже легко пропустить. Уже летом 2015-го немецкий собкор НТВ уйдет с канала — оттенять своими сюжетами эфирное безумие больше не хотелось. В 2013 Нидерландах Путина встречала огромная демонстрация, недовольная принятием антигейских законов.

Константин Гольденцвайг, корреспондент RTVI:  Давайте сейчас найдем срочно партию из полутора педофилов и покажем, как у них все плохо.

Раз за разом приходилось отрабатывать хозяйские обиды. Внезапно выясняется, что президента не позвали на траурные торжества в Освенцим — 60-ю годовщину освобождения.

Константин Гольденцвайг, корреспондент RTVI: И ты видишь, как твои коллеги в других федеральных каналов бегают вокруг этих бабушек и дедушек и начинают спрашивать: вот скажите, Путина не позвали — это плохо? 

До Берлина доходили новости про увольнения и уходы — старая НТВшная школа, белая кость.

Константин Гольденцвайг, корреспондент RTVI: С одной стороны, существовала вот эта мотопехота, которая могла заниматься любой грязью и существовала где-то отдельно — они даже географически находились на другом этаже, максимально далеко, на другом этаже — только бы они не пересекались с остальными.

Тени в Останкине, призраки на телевизионном чердаке. По-настоящему авторов «Анатомии протеста» никто не знал — они даже сидели где-то отдельно. Теперь на РЕН ТВ тоже есть такой анонимный продашкн — ООО «Медиапром». Источник в оппозиции говорит, что шеф-редактор последних громких разоблачений на РЕН ТВ пришел на канал с НТВ — это один из создателей «Анатомии» Петр Дроговоз. Его подчиненный Сергей Ломако не считает себя даже автором — он только подает снаряды неизвестным сценаристам.

Сергей Ломако: Я корреспондент.

— А кто пишет тексты?

Сергей Ломако: Сценаристы.

— А кто сценаристы?

Сергей Ломако: Я не знаю фамилию, честно.

Ломако на НТВ пришел в 2013 году, когда редакцию ЧП внезапно раздуло до ста человек — коллеги помнят его как вежливого парня. Теперь от него отгораживаются телефонами, как когда-то от продюссера НТВ Петра Дроговоза. Он теперь курирует проекты, пережил Болотную и пошел на повышение.

У российской пропаганды объединенная редакция: половина на НТВ, половина — на РЕН. Такие кино снимают вместе с ФСБ и МВД. Эти фильмы делят поровну говорящие головы, авторов и оперативные архивы с Алексеем Навальным.

Все те, кто когда-то занимался спецпропагандой в криминальной дирекции НТВ, получили в награду командные посты на каналах Национальной медиагруппы Юрия Ковальчука, которая через аффилированные структуры банка «Россия» является совладельцем самого НТВ.

Тюлинский РЕН недолго оставался темной лошадкой. Темники приходят на канал в среду вечером. Как говорит источник на канале, костяк нового отдела пришел с НТВ — и это снова тени, которых не видно и не слышно.

Кадры из фильма «Либералам – черным налом»: за столом сидит волонтер «Открытой России» Татьяна Касимова и настойчивый парень спиной к камере:

— «Открытая Россия» платит? Много платят?

— На выборах в том году я хорошо поднялась.

Про деньги спрашивал студент РГГУ Андрей Кондрахин — молодой румяный парторг из оппозиционной тусовки. Касимова считает, что Кондрахин два месяца изображал из себя кандидата в муниципальные депутаты, только чтобы организовать ту скрытую съемку.

Когда-то это кончится, и солдаты пропаганды начнут воевать на другой стороне фронта, вскрывая язвы путинской эпохи. Но как и рукописи не горят, так и ютьюб — сохраняет все.

Лиля Яппарова

Источник

Похожие новости

Комментировать